Словари

А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
НА НЕ НИ НО НЭ

НИДЕРЛАНДСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

НИДЕРЛАНДСКАЯ ЛИТЕРАТУРА. Толкование термина «нидерландская литература» осложняется тем, что современное Королевство Нидерланды не включает всей территории, которая именовалась Нидерландами в Средние века. Средневековый нидерландский был литературным языком «Низинных земель» к северу от лингвистической границы между романскими и германскими диалектами, приблизительно совпадавшей с римской дорогой из Булони в Экс-ля-Шапель (Ахен). На нем говорили в регионах, известных ныне как Фландрия, Брабант, Лимбург, Зеландия и Голландия, поэтому средневековую нидерландскую литературу лучше определять с точки зрения языка, а не географии, ибо как государство и нация Нидерланды в то время еще не существовали. В 15 и первой половине 16 в. представители Бургундской и Габсбургской династий объединили все эти графства и герцогства, а также Гельдерланд, Фрисландию и провинции, некогда находившиеся под временным правлением епископов Утрехтских, в политическое целое, нередко именуемое Бургундским государством, однако разразившаяся в 1568 гражданская война вновь разделила эти земли на Испанские Нидерланды (южные провинции, приблизительно соответствующие современной Бельгии и Люксембургу) и северные провинции, известные как Голландская республика. Последовавший затем беспримерный экономический расцвет северных провинций совпал с классическим периодом развития нидерландской литературы; в южных провинциях экономическое и культурное развитие приостановилось почти на два столетия. Возрождение этого региона в 19 в. породило новую литературу на нидерландском языке – фламандскую. Данный обзор рассматривает совокупную литературу нидерландоязычных территорий вплоть до 1600, а далее рассмотрение касается лишь литературы на нидерландском языке, созданной в Голландской республике (т.е. до 1795) и в нынешнем Королевстве Нидерланды, известном также под названием Голландии.
Местоположение «Низинных земель» в дельте Рейна, Мааса и Шельды на перекрестке важных торговых путей предопределило их роль культурного посредника между окружающими странами. В частности, Фландрия и Брабант, где знать еще с 12 в. была сведуща во французском языке, были подвержены французскому влиянию и распространяли его в прирейнские земли и Северную Германию, тогда как Южная Германия поддерживала с Францией прямые контакты. Соответственно, средненидерландская литература, как и немецкая, оказалась под глубоким и длительным французским воздействием.
На исходе 12 в. возникли самые давние из известных ныне форм нидерландской поэзии, причем это произошло почти одновременно во Фландрии, Брабанте и Лимбурге. Датировать сохранившиеся памятники в порядке их возникновения чрезвычайно трудно, не менее сложно определить и точное их происхождение. Героико-эпические поэмы, сохранившиеся в более или менее значительных фрагментах, по манере и сюжетам во многом повторяют французские жесты. Полностью сохранился ранний их образец – Карл и Элегаст, рыцарская поэма, в которой фигурирует Карл Великий.
Куртуазные эпические поэмы тоже большей частью повторяли французские образцы и, судя по всему, создавались позднее. Самый старый памятник этого жанра – Энеида лимбуржца Хендрика ван Фельдеке, первого нидерландского поэта, известного по имени. Родившийся неподалеку от Фельдеке (ныне Велк) в Лимбурге к западу от Мааса, он создал свое первое известное произведение, легенду в стихах Житие св. Сервация, по заказу графини Лонской ок. 1170. В 1174 он жил в Клеве, а вскоре переселился в центральную Германию, под покровительство графа Германа Тюрингского; здесь его Энеида и стихотворения были переведены на немецкий язык. Влияние Фельдеке в Нидерландах проблематично, однако Готфрид Страсбургский и другие поэты периода расцвета немецкой куртуазной поэзии считали его зачинателем изысканной куртуазной лирики. Хендрик ван Фельдеке также самый ранний из известных нам представителей лирики трубадуров в Нидерландах. В этом качестве он предположительно имел учеников, однако до нас дошли только 27 коротких стихотворений. Лучшие его стихи свидетельствуют о пылкой любви к природе и блистательном юморе.
В области куртуазной эпики на смену Фельдеке пришел брабантский поэт 13 в. Сегер Денготгаф (т.е. Богоданный), которому принадлежит Роман о Трое, отчасти по мотивам Бенуа де Сент-Мора. В конце 13 – начале 14 вв. появился ряд куртуазных поэм, из которых заслуживают упоминания Валевейн и Фергют.
Несмотря на отсутствие светской куртуазной лирики, есть основания говорить о продолжении нидерландской традиции в лирике трубадуров после Фельдеке – иначе невозможно объяснить явление лирического гения Хадевейх (т.е. Гедвиги из Антверпена, первая половина 13 в.), которой удалось трансформировать конкретно-описательную лирику трубадуров в форму, способную выразить высочайшие духовные устремления. Ее 45 строфических стихотворений раскрывают весь диапазон переживаний мистической любви к Христу, беспрецедентных по интенсивности чувства и совершенству формы. Перу Хадевейх принадлежат также несколько «посланий» в прозе, отличающейся ясностью мысли, блеском фантазии и богатством ритмики.
Повествовательное искусство подарило нам шедевр в жанре «животного эпоса» – О Лисе Рейнарте. Гармоничностью формы и разработанностью характеров это произведение превосходит как своего предшественника, Роман о Лисе, так и более поздние его версии, и представляет собой сатиру на клонящееся к упадку куртуазное общество на рубеже 13 в. Куртуазные поэмы и романы, бывшие до тех пор живым выражением идеалов куртуазного общества, отныне воплощают романтические мечтания богатых бюргеров и обретают сентиментальную и морализаторскую окраску. Счастливое исключение составляет эклектичный, но живой Роман о Хейнрике и Маргарите из Лимбурга (1318). Возникали и новые жанры. Стремление к популяризации знаний вызвало к жизни довольно скучные стихотворные компендиумы, лучшие из которых принадлежат Я.ван Марланту (ок. 1235–1291). Его назидательные разглагольствования в стихах (например, О заморской стране, 1291) исполнены грубоватой силы и красноречия, хотя порой безвкусны.
Идеи, характерные для кружка Хадевейх, были систематизированы и отчасти рационализированы Я.ван Рёйсбруком (1293–1381), ясная, напевная проза которого отличается взвешенностью формы. Истинным шедевром стал его трактат в трех книгах Красота духовного брака. Влияние Рёйсбрука на более поздний нидерландский мистицизм было продолжительным и глубоким и отчасти определило характер т.н. «нового благочестия», крупнейшими представителями которого были Г.Гроте (1340–1384), Фома Кемпийский (ок. 1380–1471) и Эразм Роттердамский (ок. 1466–1536).
В 14–15 вв. переживала подъем народная драма. Пожалуй, более всех иных форм средневековая драма не была замкнута в национальных границах. Дошедшие до нас пьесы на средненидерландском языке вполне отвечают традиционной классификации: это мистерии, миракли и моралите. Если сохранившиеся мистерии весьма посредственны, то один из поздних мираклей, Марикен из Неймегена, и моралите Элкерлейк принадлежат к числу замечательнейших образцов жанра. Наибольшую ценность, однако, представляют три сравнительно ранние светские романтические драмы – Эсморейт, Глориант и Ланселот Датский, вероятно, принадлежащие перу анонимного автора (ок. 1380). Не обошла Нидерланды стороной и эпоха расцвета баллады и других форм народной поэзии. Многие из произведений такого рода сохранились в песенниках 16 в., самым знаменитым из которых является Антверпенский песенник (1549).
Культура 16 в. в Нидерландах, как и повсюду, была двуязычной: интеллектуальная элита пользовалась в основном латынью, большинство же грамотных людей – местным народным языком, значение которого все более возрастало. Литература на нидерландском языке заимствовала новые элементы как из отечественной гуманистической культуры на латинском языке, так и из французской, а позднее итальянской литературы Возрождения. Когда ведущие писатели переключились на нидерландский язык даже в самых сложных литературных формах, началась эпоха современной литературы. Крупнейший прозаик Эразм и крупнейший поэт Иоанн Секунд (1511–1536) еще писали исключительно по-латыни, но, когда Я.ван дер Нот опубликовал на нидерландском языке сборник изощренной лирики Роща (ок. 1570), а Д.Корнхерт (1522–1590) дерзнул написать на местном языке трактат Этика (1586), это ознаменовало наступление новой эпохи. Решительный триумф Возрождения – творчество П.К.Хофта (1581–1847), первого великого поэта, драматурга и историографа золотого века. За столетие между Иоанном Секундом и Хофтом нидерландская поэзия интенсивно развивалась – преимущественно в «камерах риторов», где состоятельные горожане практиковались в написании стихов (в основном дидактического характера) или участвовали в постановке назидательных пьес. В течение 16 в. поэзия мало-помалу прониклась духом французской поэзии Возрождения, тогда как драма постепенно переняла черты латинской «школьной драмы» и гуманистической трагедии; главными представителями здесь были ученый-латинист Гуго Гроций (1583–1645) и Д.Хейнсий (1580–1655). Завершилась эта эволюция к 1610.
В позднесредневековой лирической поэзии необходимо назвать имя Анны Бейнс (1494–1575); собственно же ренессансная поэзия началась с Я.ван дер Нота (ок. 1539 – ок. 1595), антверпенского ученика П.Ронсара, зачинателя современной нидерландской поэзии. Стихи более рефлективного содержания писал Х.Л.Спигел (1549–1612), изложивший в длинной, написанной александрийским стихом поэме Зерцало сердца (1600, опубл. 1614) систему монистической философии, отчасти христианской, отчасти платонической, порой едва ли не предвосхищающей концепции Спинозы. Идеи Спигела до некоторой степени сформулировал его старший современник Д.В.Корнхерт, весьма оригинальный философ-самоучка. Своей Этикой, написанной живо и энергично, он положил блестящее начало современной нидерландской прозе. Среди значительных прозаических произведений следует назвать антиклерикальную сатиру Ф.Марникс ван Синт-Алдегонде (1540–1598) Улей Святой Римской церкви и Книгу о художниках К.ван Мандера (1548–1606), переложение и продолжение знаменитых Жизнеописаний Дж.Вазари. Вершиной ренессансной нидерландской прозы стали Нидерландские истории (1641) Хофта.
Первая половина 17 в. ознаменовалась высочайшим расцветом всех жанров нидерландской поэзии и драматургии. В целом нидерландской поэзии присущи общеевропейские тенденции, характерные для эпохи перехода от Возрождения к более интеллектуально изощренной, выспренней стилистике итальянского маринизма, испанского гонгоризма, английской «метафизической» поэзии и т.д. Однако она отличается бóльшей изобразительностью, искренностью чувства и неприятием крайностей интеллектуальной утонченности. Изобразительным чутьем и живым чувством отмечены стихи, фарсы и комедии Г.А.Бредеро (1585–1618). В комедиях Мавританка (1615) и Испанец из Брабанта (1618) он оставил картину городской жизни; в то же время в серьезных стихах и сонетах Бредеро предстал великолепным мастером любовной лирики. Среди равных ему по дарованию – поэты Хофт, Я.Ревий (1586–1658) и Д.Р.Кампхёйзен (1586–1627); первые два, более искушенные в барочных изысках поэтической мысли, даже превосходят Бредеро совершенством формы и блеском стилистики, тогда как Кампхёйзен умел выразить религиозное чувство. Хофту было свойственно безупречное чувство формы и выразительность языка, сделавшие его лучшим стихотворцем эпохи; суровый кальвинист Ревий является единственным представителем чистого барокко в Нидерландах и не имеет равных в пытливом анализе поэзии религиозного чувства.
К дидактизму тяготела поэзия К.Хёйгенса (1596–1687) и Я.Катса (1577–1660). Государственный муж, придворный, композитор и знаток искусства, Хёйгенс был поэтом-интеллектуалом «метафизического» склада; Катс, богатый патриций осторожно-ортодоксальных взглядов, был прирожденным рассказчиком, его располагающие, порою достаточно фривольные повествования написаны однообразно-размеренным александрийским стихом. Крупнейшим же поэтом Нидерландов той эпохи был безусловно Й.ван ден Вондел (1587–1679), человек редчайшего дарования, владевший всеми поэтическими формами – от едкой сатиры до возвышенной оды и библейской трагедии. Глубоко религиозный, остро чувствующий несправедливость, Вондел в своих стихах размышлял о судьбах Нидерландов и Европы. Его трагедии, построенные по софокловскому образцу, реализуют в классической форме возможности средневековой мистериальной драмы. Формально Вондел многим обязан Хофту, зачинателю нидерландской ренессансной драмы, который в национально-героических трагедиях Герардт ван Фелзен (1613) и Бато (1617) воплотил свое понимание обязанностей гражданина в идеальном государстве. Однако Вондел превосходит Хофта как поэт и драматург в своих библейских трагедиях Люцифер (1654), Иевфай (1659), Адам в изгнании (1664). Драматического эффекта он достигает главным образом поэтическими средствами; его характеры суть тонко выписанные вариации одного и того же протагониста – мятущегося, ошибающегося, грешного человека в его вечной борьбе за сохранение своей цельности.
Обзор нидерландской драматургии 17 в. будет неполон, если не упомянуть комедии, которые, хотя и ушли из современного репертуара, полны энергии и жизненности красок. В этом жанре работали Бредеро, Хофт, П.Бернаги (1656–1699), Т.Асселейн (1620–1701) и др.; многими эпизодами их комедии напоминают жанровую нидерландскую живопись.
В противоположность 16 и 17 вв., столетие, последовавшее за публикацией последней пьесы Вондела, Ной (1668), выглядит весьма невыразительно. За редкими исключениями, к которым относится творчество поэта-мистика Я.Лёйкена (1649–1712), поэзия пребывала в застое. Развитие прозы тоже замедлилось – во многом потому, что нидерландские интеллектуалы предпочитали писать по-французски. Ю.ван Эффен (1684–1735) издал не один том французских нравописательных эссе, прежде чем начал издавать журнал «Голландский Зритель» («Hollandsche Spectator»), а Ф.Хемстерхёйс (1721–1790) вообще все свои философские послания писал по-французски. Отрадным явлением на фоне посредственности было творчество Элизабет Вольф (1738–1804) и Агаты Декен (1741–1804), в содружестве создавших ряд эпистолярных романов. Лучшие из них – История Сары Бюргерхарт (1782) и Виллем Левенд (1784–1785), – критически восприняв влияние С.Ричардсона, Ж.-Ж.Руссо и гётевского Вертера, свидетельствовали о живом интересе к богословию, проблемам воспитания и роли женщины в обществе, а главное, давали широкую панораму жизни голландского среднего класса в 18 в.
Начиная примерно с 1770 и до 1880 в нидерландской литературе наблюдается постепенное освобождение творческого воображения от оков догматической мысли и классицистской формы. Романтическое чувство проявилось довольно рано – наивно у Я.Беллами (1757–1786), сентиментально у Р.Фейта (1753–1824), со всем мелодраматизмом «мировой скорби» обозначившись в творчестве В.Билдердейка (1756–1831). У Билдердейка особенно заметно главное противоречие, свойственное Голландии тех лет: тяга романтического чувства (как религиозного, так и патриотического) к идеям прошлого, к догматическому протестантизму или либеральному рационализму, и тенденция выражать себя в классических формах. Это противоречие пронизывает все творческое наследие Билдердейка. Меньший по рангу поэт А.Старинг (1768–1840) благодаря искупительному чувству юмора преуспел в непритязательных стихах о природе и юмористических стихотворных повествованиях. Х.Толленс (1780–1856) и Н.Беетс (1814–1903) в лучших своих стихах выразили пафос простого быта. Крупнейшим автором был Э.Й.Потгитер (1808–1875), либерально-романтический патриот, идеалом которого была Голландская республика. Его перу принадлежат апофеоз Данте, патриота и провозвестника объединенной Италии, во Флоренции (1868), а также Пригрезившаяся поездка (1875), где в сновидении сливается воедино все самое дорогое: Голландия, гражданская свобода и образ любимой женщины.
Подъем нидерландской прозы сковывался тем же внутренним конфликтом, ибо в этой стране не была подготовлена почва писателями Просвещения, и создание простой, незамысловатой реалистической прозы выпало на долю эссеиста Я.Геела (1789–1862) и писателей-юмористов Хилдебранда (псевдоним Н.Беетса) и Й.Кнеппелхаута (1814–1885), тогда как Потгитер писал свои фантастические юморески витиеватой прозой. Не слишком удачное соединение романтического начала и классицистической стилистики обнаруживается в исторических романах того времени, отмеченных влиянием В.Скотта. Прирожденный рассказчик Я.ван Леннеп (1802–1868) писал романы, где достаточно простые характеры действовали в рамках чрезвычайно усложненного сюжета; историческим романам талантливой, склонной к психологизму Анны Луизы Босбом-Туссен (1812–1886) Лестер в Нидерландах (1846) и Чудесный лекарь из Делфта (1870–1871) свойственны риторичность стиля и перегруженность деталями.
Большой вклад в развитие нидерландской литературы 19 в. внес издававшийся К.Бюскен-Хюетом (1826–1886) журнал «Литературные фантазии и критики» («Litterarische Fantasien en Kritieken», 1863–1885). Его современник Мультатули (псевд. Э.Д.Деккера, 1820–1887), редкостной прямоты интеллектуальный и политический иконоборец, дал решающий импульс освобождению национальной мысли и чувства. Проза Мультатули – взволнованная, эмоциональная, пылкая, выразительная, порой едко саркастичная. Его Макс Хавелаар (1859), замысленный как злободневный политический трактат, свидетельствовал о большом литературном даре; Идеи Мультатули (тт. 1–7, 1862–1877) – фейерверк блестящих афористических парадоксов и миниатюрных эссе. Мультатули стоит у истоков современной эссеистики в литературе Нидерландов.
Поколение писателей, дебютировавших в 1880-е годы, т.н. «восьмидесятники», выпустили на свободу поэтическую мысль и литературную технику, расширили рамки описательной прозы. Уже в творчестве Ж.Перка (1859–1881), в частности в циклах сонетов Матильда и Ирис (1881), заметны новые качества, развитые затем В.Клоосом (1859–1938), а также в ранних произведениях А.Вервея (1865–1937) и Г.Гортера (1864–1927): в их стихах отозвалась эмоциональность Шелли и Китса, выразились любовь к идеальной возлюбленной (Перк), эгоцентризм (Клоос), поиски души поэзии (Вервей), радость и меланхолия чувственной страсти (Гортер). Все эти поэты писали в различных жанрах, но особенно предпочитали сонет и лирическую поэму (Персефона и Деметра Вервея; Океан Клооса; Май Гортера). В 1885 Клоос и Вервей вместе с прозаиками Фр.ван дер Гусом и Л.ван Дейсселом (псевд. К.Тейма, 1864–1952) основали журнал «Новый Вожатый» («De Nieuwe Gids»). Развивая идеи Вордсворта и Шелли, они отвергали многое в нидерландской романтической поэзии как благочестивую и сентиментальную риторику, требовали оригинальности образов и ритмики. Вскоре к ним через ван Дейссела присоединились и натуралисты, чье творчество во многом находилось под влиянием импрессионистской живописи. Главный представитель натурализма – Л.Куперус (1863–1923), автор романов Элин Вер (1889), Книга малодушия (1902–1903), О стариках (1906). Новеллистика и очерки Куперуса также отличаются великолепной прорисовкой характеров.
Поэзия «восьмидесятников» в ее стремлении к совершенному выражению индивидуального опыта все больше попадала под влияние ван-дейсселовского импрессионизма, становилась все более эмоциональной. К упомянутой поэтической группе примкнули поэт рефлективного склада Ф.ван Эден (1860–1932), Генриетта Роланд-Холст (1869–1952), П.К.Баутенс (1870–1943) и Я.Х.Леополд (1865–1925); именно к их творчеству приложим термин «духовное искусство», т.е. лирическая поэзия медитативного характера, когда творческий дух находится в гармонии с природой. Новая поэзия нашла свое выражение в стихотворных сборниках Вервея Новый сад (1898), Зримая тайна (1915) и др., у Г.Гортера (Школа поэзии, 1897; Пан, 1912–1916), Генриетты Роланд Холст, Баутенса и Леополда.
Вскоре по завершении эволюции нидерландской поэзии от импрессионизма к своего рода рефлективному символизму резкий отказ от натурализма совершил переворот в нидерландской прозе. Начало этому процессу положил Ф. ван Эден, великий идеалист, чьи повести (особенно Маленький Йоханнес, 1885, и О ледяных водах смерти, 1900) отображают глубокое проникновение в духовный мир личности. В драматургии крупнейшей фигурой был Г.Хейерманс (1864–1924), чья пьеса Добрая Надежда (1900) снискала мировую славу (в России поставлена Московским Художественным Театром в 1913 под назв. Гибель «Надежды»).
Следующее поколение поэтов дебютировало в журнале Вервея «Движение» («De Beweging», 1905–1919), это были «постсимволисты» П.Н. ван Эйк (1887–1954), А.Роланд-Холст (1888–1962), Х.Марсман (1899–1940) и М.Нейхоф (1894–1953).
В 1932 критики и романисты М.тер Браак (1902–1940) и его друг Э.дю Перрон (1899–1940) основали новый литературный журнал – «Форум» («Forum»). К писателям, близким «Форуму», принадлежали Я.Слауерхоф (1898–1936) и Ф.Бордевейк (1884–1965), внесший значительный вклад в развитие реалистического романа.
Писатели, вошедшие в пору зрелости либо дебютировавшие после Второй мировой войны, зачастую обращались в своем творчестве к опыту военных лет. Исключение составляет С.Вестдейк (1898–1971), плодовитый романист, поэт, эссеист и критик. Его произведения нередко автобиографичны, однако он не ограничивается военными темами, но раскрывает себя также как мастер социальной критики и психологизма. События Второй мировой войны и первых послевоенных лет нашли отражение в творчестве В.Ф.Херманса (р. 1921) и Х.Мулиша (р. 1927). Из романистов следует также назвать Г.К.ван хет Реве (р. 1923), а из мастеров малой прозы – С.Кармиггелта (1913–1987), автора остроумных и блестящих по языку бытовых зарисовок.
Из значительных поэтов, вступивших в литературу в годы войны, заслуживают внимания Г.Ахтерберг (1905–1962) и Л.Вроман (р. 1915); они первыми ввели в поэтический лексикон слова из научно-технической сферы. Послевоенная поэзия развивалась под влиянием дадаизма и сюрреализма, способствовавших появлению группы «эксперименталистов», выдающимся представителем которой является Люсеберт (р. 1924).
на заглавную О сайте10 самыхСловариОбратная связь к началу страницы
© 2011 - 2013
Словарь
Словарь online
XHTML | CSS
1.8.11